20:12 

Особенное стоит дороже - 2

Baiba
Название: Особенное стоит дороже-2
Авторы: Baiba, Rama-ya-na
Фандом: Шерлок ВВС
Категория: слэш
Жанр: агнст, драма, экшн
Пейринг: Майкрофт/Грегори
Рейтинг: R
Размер: миди
Предупреждение: AU, разница в возрасте, пытки, ПТСР.
Саммари: Продолжение фика «Особенное стоит дороже». Выйдя от Майкрофта, Грег снова садится не в ту машину.

СЕЙЧАС

Во всем, что произошло, виноват был Шерлок.

— Вот дерьмо! — сквозь зубы ругнулся Грег, зажимая ладонью рану на животе. — Словил ножевое, как новичок!

Под пальцами расползалось липкое тепло.

Грег привалился к стене, чтобы от внезапного приступа слабости не рухнуть на бетонный пол.

«Шерлок, стой!» — услышал он голос Джона и усмехнулся.

«Плохо же ты пока знаешь моего неугомонного родственничка. Сейчас проще поезд на полном ходу остановить».

Это было их третье совместное дело, поэтому помощник не всегда поспевал за Шерлоком.

Ноги отказывались слушаться, и Грег начал медленно сползать по стене. К его удивлению, подскочил Джон, подхватил, помог сесть, а затем лечь на спину.

— Не догнал?

— Здесь я нужнее, — серьезно ответил Джон, осторожно подсовывая свернутую куртку под голову раненого.

«Какого черта они тут вообще забыли? — со злостью подумал Грег. — И сам хорош! Ведь понимал, что надо дожидаться группу захвата, а не изображать из себя супергероя, гоняясь по подземным гаражам за преступниками в компании дилетантов».

Джон тем временем разорвал рубашку, чтобы добраться до раны.

В нос ударил знакомый запах крови, к горлу моментально подкатила тошнота. Сердце отчаянно заколотилось, предупреждая о приближающемся приступе паники. Столько лет прошло, а этот удушающий запах до сих пор заполнял его ночные кошмары и заставлял терять самообладание наяву. Грег ненавидел такие моменты, ненавидел свою слабость, старался даже незначительным жестом не выказывать перед подчиненными истинную реакцию. Иначе просто не смог бы работать в убойном отделе.

Вдалеке завыла сирена скорой помощи. Грег догадывался, кто мог так оперативно вызвать медиков. Он нашел взглядом камеру видеонаблюдения и беззвучно проговорил в объектив: «Все в порядке». В ближайшие дни или даже недели Майкрофт будет невыносим: придется выслушивать бесконечные лекции о бестолковости и безрассудстве одного очень глупого полицейского.

Тем временем Джон расстегнул его ремень и чуть приспустил брюки.

— Это станет нашей любимой с Майкрофтом записью. Некий мужчина залезает ко мне в штаны на грязном полу гаража, — пошутил Грег.

Джон подсветил себе фонариком и тут же судорожно глотнул воздух.

В этом тоже можно было винить Шерлока.

Вот уже пятнадцать лет во время медицинских осмотров Грег обращался к одним и тем же врачам. Они знали его историю, им не приходилось каждый раз объяснять, откуда на теле многочисленные шрамы и отметины от ожогов. Тем более что объяснять он не умел. За все эти годы так и не отыскалось для рассказа правильных слов, а те, что все-таки придумывались, застревали в горле и никак не хотели произноситься вслух.

На этот раз ему повезло, Джон продолжил заниматься раной, не задав ни одного вопроса.

— Скажите, док, жить буду?

— Не похоже, чтобы внутренние органы серьезно пострадали.

— Звучит обнадеживающе.

Черная машина въехала в гараж, опередив неотложку.

— Вот сейчас меня точно убьют.

Отвлекшись от раны, Джон кинул быстрый взгляд на встающего с водительского кресла Холмса-старшего. На убийцу тот не особо походил: мертвенно-бледный, без привычных галстука и жилета, весь какой-то взъерошенный. Когда Майкрофт попытался пригладить волосы, стало заметно, как сильно дрожат его пальцы.

Болезненный вид Джону не понравился, стоило расспросить Шерлока о здоровье его брата. Словно в подтверждение этих мыслей, Майкрофт поморщился и потер ладонью в районе сердца.

— Просто царапина, тебе не о чем беспокоиться, — быстро проговорил Грег, и начал подниматься.

— Полегче, приятель, — Джон заставил его снова лечь.

— Ты — глупый мальчишка... — обвиняюще прошипел Майкрофт. — О чем только думал? Я уволю тебя, понижу в должности. Раз ты сам не в состоянии адекватно оценивать риски, я сделаю это за тебя, пойдешь патрулировать улицы.

В ответ на эту несправедливую угрозу во взгляде Грега отразилось столько нежности, что Джону захотелось проморгаться. Неужели он готов проглотить подобное обращение?

На самом же деле Грег еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. Его виски начали седеть, он занимал серьезную должность в Скотланд-Ярде, и последние лет пять предпочитал уют кабинета приключениям с Шерлоком. Один лишь Майкрофт, когда отчитывал, забывал о его возрасте.

— Отшлепаешь меня, папочка?

Подбежали медики и с шумом подкатили носилки.

— Непременно, — с явной угрозой заверил Майкрофт.

— Вы должны знать, Шерлок убежал за преступником... — рискнул подать голос Джон.

За несколько месяцев знакомства с четой Лестрейдов-Холмсов, он так и не смог привыкнуть к их стилю общения и к тому, что существовала «домашняя» версия Майкрофта, с которой Грег постоянно шутил или флиртовал, а угрозы — полностью игнорировал. Вторая половина пары не шутила и не флиртовала в ответ, усугубляя подозрение, что нет никакой другой версии, что «не высокомерный», «не опасный» и «не сволочь» Майкрофт существует лишь в воображении Грега. Впрочем, раз заблуждаться Грегу позволяли, это уже чего-то да стоило.

Майкрофт молча продолжал сверлить супруга тяжелым взглядом, игнорируя и Джона и медиков.

— Что с Шерлоком? — на этот раз поинтересовался Грег.

— Шерлок едет домой. Мы перехватили напавшего на тебя в паре кварталов отсюда.

— На раз-два... — бригада скорой подготовились переложить Грега на носилки.

— Не забудь, он должен дожить до суда...

— ...три!

— Твою мать! Или не должен!

— Сэр, мы везем его в больницу.

— Не оставляй меня одного!

Грег знал, что если ему сейчас вколют лекарство и он заснет, только присутствие Майкрофта не даст ему застрять в кошмаре среди абсолютной черноты и запаха крови.

— Я могу поехать с тобой. — Джон предложил от чистого сердца, желая поддержать приятеля и предполагая, что Холмс сошлется на важные государственные дела и оставит того на попечение докторов. Он уже знал, что заботу о ближних и неравнодушие Майкрофт считает слабостью.

Брови Майкрофта резко сошлись на переносице, он обернулся и просканировал Джона нехорошим, подозрительным взглядом.

— В этом нет необходимости, доктор Уотсон. Я в состоянии позаботиться о своем супруге.

На этот раз Грег все-таки не сдержался и тихо рассмеялся. Он забыл предупредить, что Майкрофт бывает чрезвычайно ревнив.
Теперь он ни за что не уйдет, случись даже третья мировая, и кто знает, возможно, сегодня Грегу удастся выспаться. Укоризненный бубнеж Майкрофта выведет из любой темноты.


ТОГДА

Щеки продолжали гореть, даже ледяной дождь и пронизывающий ветер не могли унять жар, а все потому, что щеки горели не от пощечин, а от съедающего изнутри стыда. Проходя в предупредительно открытые ворота, Грег опустил голову, не желая встречаться взглядом с охранниками.

Почему все должно было закончиться именно так, почему он не рассказал обо всем с самого начала? Зачем послушался Карлайна, позволил убедить себя, будто бы подцепившая его «правительственная шишка» само воплощение зла и ест на завтрак наивных курсантов? С самого начала видел же, что все это неправда…

А еще он не мог забыть взгляда Майкрофта в момент, когда тот наставил на него пистолет. Обидные слова не вспоминались, а взгляд продолжал мучить. Теперь Грег понимал, насколько трудно было Майкрофту поверить, что сумел понравиться по-настоящему. Наверняка столько предательств пережил, а тут еще одно и такое низкое.
Грег застонал от собственного бессилия, и вдруг спохватился. Что же он творит? Ведь если прошлое уже не изменить, то будущее-то еще возможно исправить!

Им овладело отчаянное желание броситься назад, стучаться в ворота, пока Майкрофт не выйдет, а потом — говорить, убеждать, просить прощения...

Окончательно утвердившись в решении, Грег развернулся и только тогда заметил преследующий его черный автомобиль. В полном остолбенении он наблюдал, как машина медленно поравнялась с ним и затормозила.

— Майкрофт?

Все еще боясь поверить в чудо, Грег мысленно взмолился, чтобы это был именно он.

Даже представил, как тот сейчас выйдет и скажет: «Давай начнем все сначала».

Время шло. Грег уже представил и строгое «нам надо поговорить» и совсем из области фантастики «я влюбился в тебя и никуда не отпущу», а из машины так никто и не появился. Грег переминался с ноги на ногу и всматривался в затемненные окна.

«Злится все еще, наверное, — решил он и напомнил себе еще раз:

— Первым делом ты должен извиниться».

Надо объяснить, что сильнее, чем он сам себя казнит, у Майкрофта все равно не получится. Теперь Грег представлял, как будет говорить и говорить, пока его не заткнут долгим поцелуем.

О, да, пусть все будет именно так!

Наконец открылась дверь. Ни секунды не сомневаясь, Грег залез внутрь. И тут же разочаровался, ведь в салоне никого не оказалось.

«Что же это получается? — растерялся Грег, а потом, поразмыслив, понял:
— Ну, конечно! Майкрофт не поехал сам, а отправил машину!» И это так похоже на него: неторопливого и рассудительного. Естественно, ему понадобилось время, чтобы прийти в себя и все обдумать. И когда он взвесил все за и против, то решил дать шанс объясниться, но предпочел это сделать не на улице, а дома, где Грега наверняка уже ждали кружка с горячим чаем и сухая одежда.

Он ошалело улыбнулся каменному затылку водителя и устроился на заднем сиденье поудобнее.

Его охватило лихорадочное нетерпение. Желая успокоиться и отвлечься, решил пообщаться с водителем, возможно, даже познакомиться и стать приятелями. Если все пройдет гладко, им предстоит еще не раз встретиться.

— Привет, ну и погодка, да? — бросил он пробный шар.

Ему не ответили.

Двери машины заблокировались с синхронным щелчком.

— Мы поедем обратно к Майкрофту, эм-м-м... вернее, к мистеру Холмсу, ведь так?

Снова молчание. Грег попытался перехватить взгляд водителя в зеркале заднего обзора, но тот слишком низко надвинул фуражку.

Грегу так хотелось поверить в свои фантазии о чудесном примирении, что он решительно отогнал прочь любые подозрения.

— Вы ничего такого не подумайте… когда узнаете, кто я на самом деле, то сильно удивитесь! Вы же наверняка решили, что я...

Водитель вдруг повернулся и брызнул в лицо Грега из баллончика.

Мир поплыл перед глазами, а потом закрутился все сильнее. Уже теряя сознание, Грег почувствовал, что машина тронулась с места.


Между собой коллеги называли Майкрофта Холмса «Айсменом». Может, дело было в его бесстрастном, непроницаемом лице, а может, в его поведении, подчиненном исключительно правилам логики и целесообразности. В любом случае свое прозвище Майкрофт одобрял и считал заслуженным. Год за годом он педантично избавлялся от влияния страстей и эмоций, из-за которых обычными людьми совершалось столько ошибок и теперь тешил тщеславие, полагая что достиг того совершенства, когда перестав допускать свои промахи, получаешь право исправлять чужие. Такова была его функция.

Но сегодня ему никак не удавалось вернуться в обычное, невозмутимое состояние. Видит бог, он пытался. Провел полдня в безуспешных попытках хоть как-то оправдать себя и убедить, что допущенная им ошибка не стоит внимания. Он отменил несколько важных встреч для того, чтобы вдоль и поперек изучить личное дело курсанта Лестрейда. Кто бы мог подумать, что оно послужит ему очередным укором? Грег оказался отличником с превосходными рекомендациями и блестящими перспективами. Его не только ждало по окончании учебы место в центральном отделе Скотланд-Ярда, к нему присматривались люди из особых отделов.

Умен, лоялен, кристально честен, сообразителен.

Вредных привычек не имеет.

Осознавая собственный цинизм, Майкрофт жаждал обнаружить в юноше хоть один изъян, но в очередной раз убеждался, что тот практически идеален. Из всех возможных недостатков на ум приходила лишь наивность Грега, которая вполне объяснялась его возрастом и должна была исчезнуть со временем. В выбранной Грегом профессии люди быстро учатся быть жесткими и подозрительными.

— Вы в порядке, мистер Холмс? Не заболели? — участливо спросил шофер, что было излишне самонадеянно и фамильярно с его стороны.

«Придется от него избавиться», — подумал Майкрофт. Завязывать приятельские отношения с подчиненным для него было недопустимо, а создавать иллюзию расположения к бесполезному служащему слишком утомительно.

— Я функция, не человек, — тихо ответил он, чувствуя отвращение к себе. — Функция дает сбой, а не болеет.

— Простите, сэр? — к счастью, Джеймс его не расслышал.

— Все в порядке, отвезите меня в Скотланд-Ярд.


В маленьком кабинете было душно, то ли кондиционер поломался, то ли его никогда и не было. За столом сидел невысокий, полноватый мужчина с красным лицом и тыльной стороной ладони вытирал со лба капельки пота.

— Да, комиссар, мне все понятно, сэр, — сдавленным голосом приговаривал он в трубку телефона, затем поднял на Майкрофта испуганный взгляд.

— Мистер Холмс?

— Я полагаю, о моем визите вас уже известили?

Детектив Карлайн кивнул.

— Итак, я жду объяснений, — сухо проговорил Майкрофт и по-хозяйски занял место для посетителей.

— Мистер Холмс, все это сплошное недоразумение, у нас и в мыслях не было...

Майкрофт махнул рукой, останавливая бессмысленные оправдания, но детектив не унимался.

— Поверьте, все случившееся останется сугубо между нами. Вам не о чем беспокоиться.

Майкрофт насмешливо приподнял бровь. Кажется, этот нелепый детектив решил, что невольно стал обладателем дискредитирующей информации. Теперь понятно, что двигало полицейскими, когда те убеждали Грега не выходить из роли. По их мнению, подобный компромат мог стоить им не просто карьеры, но и жизни.

— Объяснений я жду насчет курсанта Лестрейда.

— Ах, про Грега... — пробормотал Карлайн, — А что он? Он всего лишь безвредный мальчишка, он не доставит вам никаких хлопот. Я его знаю, очень достойный юноша и вообще...

Майкрофт продолжал пристально, не мигая, смотреть на детектива.

Тот замолчал, хотя еще несколько раз порывался что-то сказать, открывал и снова закрывал рот. После неприлично долгой паузы с какой-то обреченностью добавил:

— Пожалейте его.

«Во всяком случае, у него хватило совести заступиться за Грега», — отметил про себя Майкрофт.

— Как вышло, что вы отправили на опасную оперативную работу неопытного курсанта?

Поразмыслив некоторое время над ответом, Карлайн вытащил из стола несколько пухлых папок.

— Последний шанс поймать убийцу на живца. До него мы отправляли на улицы наших лучших оперативников, но возраст... Этот ублюдок... — Карлайн прокашлялся и неловко продолжил: — Извините, но вы бы видели его жертв... Так вот, ему молоденьких подавай, а где я найду опытного полицейского нужного возраста? Всем жертвам около восемнадцати. Лестрейд выглядит подходяще.

Майкрофт слушал детектива и одновременно изучал документы. Карлайн не обманывал, над делом работали опытные детективы, криминалисты и оперативники, для составления психологического портрета серийного убийцы были подключены известные психиатры.

Карлайн между тем продолжал:

— Да и курсант Лестрейд не без опыта, он до академии констеблем служил, недолго, но зарекомендовал себя отлично. Физически крепок...

Майкрофт захлопнул папку.

— Вашей ошибкой было приказать ему продолжить игру.

— Да разве я приказывал! Я посоветовал. Ну, было что-то между вами, пустяки же, зачем из-за подобной ерунды себе будущее портить. А парень-то смышленый, я бы с радостью его к себе в отдел взял.

Сказал и резко замолчал, наконец заметив, с какой брезгливостью его посетитель скривил губы.

«Предложи я ему снять брюки, — размышлял в этот момент Майкрофт, — и он с покорностью начнет раздеваться. Впрочем, для начала непременно удивится, ведь такому чудовищу, как я, полагается приносить в жертву лишь самых красивых и юных девственников».

— Вы не разбираетесь в людях, если считаете, что ваш подчиненный способен на подобное. Плохое качество для руководителя.

Детектив совсем сник.

— Выходит, он во всем признался и отказал вам?

Объяснять что-то этому человеку было не просто бесполезно, но и противоестественно, поэтому Майкрофт задал свой вопрос:

— Вы встречались сегодня с курсантом Лестрейдом?

Детектив кинул взгляд на телефон.

— Нет. И, странное дело, его мобильный отключен. В общежитие академии он не вернулся.

— Это не похоже на него, — задумчиво произнес Майкрофт. Судя по досье, не в привычке Грега не появиться после операции с докладом.

— Не похоже, — нахмурившись, подтвердил детектив.

Они замерли на мгновение глядя друг другу в глаза. Майкрофт начал бледнеть. Лицо детектива наоборот еще более побагровело, он покачал головой:

— Нет, не может такого быть... Грег не дурак, с чего ему садиться в машину к убийце без поддержки и прикрытия?

«С того, что он решил, будто это моя машина», — мысленно ответил Майкрофт.

Он выхватил из кармана мобильный, но, прежде чем позвонить, предупредил Карлайна:

— Если с Лестрейдом что-то случится, вы пожалеете, что не оказались на его месте.

От его тона все волоски на шее Карлайна встали дыбом, по телу пробежала дрожь. Голос Майкрофта не выражал гнева или ненависти, он не запугивал, он информировал. И от этого становилось еще страшнее.

Карлайн кинулся к своему телефону.


Грег приходил в себя медленно. Зрение и слух еще не вернулись, как и способность двигаться, но мысль уже заработала. Перед глазами стояло лицо шофёра: страшное, нечеловеческое. Всего миг видел, а словно отпечаталось в мозгу. Такой не мог служить у Майкрофта, а это означало, что охота на маньяка удалась. Только вот не было у Грега сейчас ни прослушки, ни сопровождения. Как он мог настолько потерять бдительность? И как теперь выбираться?

Стоп. Надо собраться. Не впадать в панику.

Пытаясь проморгаться, Грег сообразил, что на его глазах повязка, а поёрзав, убедился, что крепко привязан за запястья и щиколотки к чему-то ровному и гладкому, вроде стола. Сделанные открытия ему совершенно не понравились. Оставалось разобраться со слухом — тишина вокруг была настолько плотная, что Грег засомневался, не оглох ли. Ни тиканья часов, ни капающей из крана воды, ни сигналов автомобилей за окном. Ну, не может быть такой мертвой тишины в обычном помещении. Разве что он находится глубоко под землей или в помещении со специальной изоляцией. Как ни бодрился Грег, страх, как гигантский спрут, потихоньку опутывал его сознание своими многочисленными щупальцами.

Неизвестно, сколько времени он пролежал, прежде чем различил приближающиеся шаркающие шаги.

Первым его желанием было просить у вошедшего пощады, но язык словно примерз к нёбу. Шаги замерли где-то рядом, стало слышно тяжелое прерывистое дыхание. У Грега пощупали пульс, затем неожиданно громко звякнуло что-то металлическое, заставив сердце сжаться от ужаса. Но на нем всего лишь разрезали на полосы рубашку. Обострившийся слух распознавал методичное лязганье ножниц, холод металла пару раз задел грудь Грега.

Он почувствовал себя еще более уязвимым.

Неизвестный издал нечто вроде восхищенного вздоха и замер. После длительной паузы на ключицы Грега полилась прохладная и густая жидкость, вроде тягучего массажного масла. Она расползалось лужицей, разгонялась мягкой губкой по ребрам, вниз, к животу. Похититель стал что-то неразборчиво и монотонно бормотать, словно молился на неизвестном языке. Воображение заполнилось жуткими картинками: языческий алтарь в подвале готического замка, песнопения, предшествующие жертвоприношению.

Постепенно бормотание становилось более быстрым и громким, совершенно бессвязным, добавились истеричные, злые нотки, а потом правый бок Грега словно обожгло, и он вскрикнул от неожиданности. На него шикнули, больно стало и слева.

— Не надо, — попросил Грег, понимая, что слова бессмысленны.

Раздался короткий смешок, и боль легла длинной полосой поперек живота. Грег застонал, неизвестный мучитель рассмеялся громче. Методично, не торопясь, сделал несколько надрезов на нижнем ребре своей жертвы. А затем — симметрично, с другой стороны, будто наносил на живот и грудь пленника задуманный орнамент. Стоны и вскрики вырывались против воли Грега и подзадоривали маньяка. Рисунок становился все более хаотичным, уже не было понятно, где делается надрез — больно было повсюду. Сознание словно заволокло пеленой — мозг отказывался доносить достоверную информацию о происходящем. Грег даже не сразу понял, что все прекратилось.

Снова воцарилась мертвая тишина. Удушливый, тяжелый запах железа бил в ноздри — это кровь сочилась из многочисленных ран, стекала, собиралась в лужицу под поясницей Грега. Он не боялся умереть от потери крови, ведь ни одна жертва до сих пор не умерла от этого. Слишком легкий исход маньяком не был предусмотрен...


Огромные пластмассовые часы на стене приковывали к себе взгляд. Прошло уже одиннадцать часов с момента похищения Грега и два часа, как это было обнаружено.

Майкрофт сразу взял руководство расследованием на себя, и никто не осмелился это оспорить. Да и кто бы мог? Уж точно не Карлайн, который уже не знал, как еще угодить Майкрофту, и не суперинтендант полиции, который прекрасно осознавал последствия, надумай он отказать самому Холмсу.

Стол был завален документами: протоколы, отчеты, доклады поисковых групп, психологические портреты, все предоставлялось по первому требованию. Так же Майкрофт привлек в помощь Скотланд-Ярду лучших аналитиков из МИ-6 и посадил нескольких специалистов просматривать записи с уличных камер наблюдения. Отследив путь Грега от дома Майкрофта, было обнаружено место, где он сел в машину. Номера оказались фальшивыми, но зато марка довольна редкая — дорогая Тойота представительского класса.

Пытаясь найти в записи хоть что-то полезное, Майкрофт пересматривал ее снова и снова. На экране Грег медленно брел по направлению к станции метро. Черная машина уже преследовала его, но погруженный в собственные переживания юноша этого не замечал. Что бы произошло, если Грег тогда вернулся? Более всего Майкрофту хотелось обнять его, заверить, что недоразумение разрешилось, оставить у себя, пусть даже ненадолго, пока тот не разочаруется и не поймет, что Майкрофт любви не заслуживает. Но в реальности он бы никогда не позволил себе такой роскоши. Скорее всего, не пустил бы даже в дом, унизил еще больше, приказав охране разобраться с назойливым гостем.

На экране монитора Грег нерешительно топтался перед машиной, заглядывая в окна. Он совершенно не умел скрывать мысли, читая их, Майкрофт чувствовал себя застрявшим в сомнениях Грега, его мечтах и страхах. Настоящий ад без возможности искупления. Нет, настоящий ад это то, что происходит с ними сейчас… и те страшные испытания, которые еще могут предстоять им.

Майкрофт достал из внутреннего кармана пиджака небольшую коробочку с мятными леденцами. Очередная попытка бросить курить. На этот раз он продержался полгода и не собирался возвращаться к дурной привычке.

В машине открылась дверь. Камера показывала лицо Грега нечетко, но воображение дорисовывало недостающую информацию, ведь Майкрофт помнил, как могут сиять глаза Грега от переполняющего его восторга, как он умеет улыбаться.

Леденцы полетели в корзину.

— Дайте мне сигарету и зажигалку.

Карлайн мысленно возблагодарил бога, что хоть в этом сумеет удовлетворить Холмса, и бросился к столу, где в верхнем ящике держал пачку «Кента».

Кабинет тут же наполнился дымом. Майкрофт подумал, что стоило с самого начала перебраться в другое, более удобное место, но не хотелось отвлекаться и терять драгоценные минуты.

Он открыл онлайн-конференцию на компьютере и вышел на связь со своими помощниками.

— Доложите, что у вас нового.

— Мы их довели до Мэрилибон-роуд, но потом потеряли.

— Ищите.

— Мы делаем все возможное, сэр.

Майкрофт это понимал. Зато он сам тратил время впустую.

Время... Часы на стене отвратительно громко тикали, напоминая о неизбежном.

Тик-так, тик-так.
«Ш-ш-ших, ш-ш-ших», — вторило тиканью. Это лезвие скальпеля раз за разом рассекало кожу Грега. Монотонный звук поселился в голове у Майкрофта и мешал ему сосредоточиться.

Цифры в углу монитора показывали, что прошло одиннадцать часов и двадцать одна минута.

Убийца всегда начинал с живота, после поднимался выше, располосовав грудь, оставлял глубокие порезы на руках и ногах. На вторые сутки обессиленную и неспособную к сопротивлению жертву переворачивали на живот, и все начиналось заново. За три дня все тело покрывалось порезами и ожогами. Последним уродовалось лицо.

Одиннадцать часов и двадцать две минуты.

«Ш-ш-ших, ш-ш-ших», — оглушающе раздавалось в голове.

Где-то, куда Майкрофт не мог попасть, не смотря на всю свою власть, деньги, ум и положение, Грегу полосовали живот.

Заныли кончики пальцев, они все еще помнили, какая у Грега гладкая и нежная кожа. Безупречная.

Зазвонил мобильный. Майкрофт узнал номер, он ожидал этого звонка.

— Что происходит? — потребовал отчета глава МИ-6. — Почему мои люди заняты в обычном полицейском расследовании? С чего весь город поднят на уши из-за какого-то курсанта полицейской академии?

«Не какого-то, а моего», — мысленно не согласился Майкрофт. А вслух сказал:

— Я буду вашим должником.

Это обещание дорогого стоило. Очень многие мечтали иметь Холмса в своих должниках, но как можно зацепить того, кому лично для себя ничего не нужно.

В трубке воцарилось молчание, видимо, Соерсу требовалось время на подсчет дивидендов от сделки.

— Я даю вам карт-бланш на двое суток, — наконец ответил он. — Любые ресурсы в вашем распоряжении.

Невиданная щедрость. И запросит немало.

— Хорошо. Двое суток более чем достаточно.

К тому времени Грегу будут резать лицо.

«Ш-ш-ших».

Невидимое лезвие полоснуло по сердцу, и у Майкрофта потемнело в глазах от внезапной боли в груди.

— Пусть подготовят тела в морге, я еду их осмотреть, — обратился он к Карлайну.

Он больше не мог оставаться в кабинете.

Снова звонок, на этот раз от Шерлока.

— Я занят.

— Тебе будет интересно. Я сразу понял, он не тот, за кого себя выдает! — самодовольно красовался Шерлок. — Он курсант полицейской академии, работал под прикрытием. Они там безуспешно ловят банальнейшего маньяка. Единственное, что не понимаю, почему сразу тебе не признался. Еще больший идиот, чем я думал.

— Подъезжай к Бартсу. Мне нужен свежий взгляд.

— К Бартсу? — Шерлок так удивился, что даже переспросил, — к городскому моргу?

— Осмотреть жертвы... «банальнейшего маньяка».

Долгое молчание в трубке.

— Скинь на телефон файлы, — Шерлок старался говорить сухо и по-деловому, но его выдала следующая ремарка. — У нас три дня, мы ведь успеем?

Желая походить на старшего брата, Шерлок пытался притворяться бездушным, неспособным к сопереживанию. Многих ему удавалось провести, но не Майкрофта, который прекрасно знал, насколько это неправда.

— Меньше. Он ушел от меня в пять.

В трубке раздались гудки.


Грег в очередной раз пытался вытащить руки из кожаных петель: тянул, дергал, крутил, но лишь усиливал боль, расходившуюся от запястья по всей руке. Он боялся закричать, и тем самым ускорить возвращение своего мучителя, лишь хватал воздух сухим ртом.

Бесполезно.

Только повязка немного сдвинулась, освободив один глаз. Но и тут разглядеть ничего не удалось — вокруг был мрак.

В одном фильме показывали, как человек, скованный наручниками, сломал себе большие пальцы, чтобы спастись.

Неужели и ему придется проделать подобное?

— Урод! — вопреки данному зароку, заорал он. — Ты чертов урод, урод, урод!

А сам он был идиотом. Его услышали, и теперь ему предстояло расплачиваться за собственную глупость.

Раздались неторопливые шаги, на стенах появился бледный отсвет. Фонарик? Или свеча? Он не успел сообразить, как его ослепила яркая вспышка света. В первое мгновение Грег зажмурился инстинктивно, а потом так и не нашел в себе мужества посмотреть в ужасное лицо-маску. Секундное видение из машины итак грозило преследовать его до конца жизни в кошмарах. Впрочем, в виду обстоятельств, не так уж это и долго — до конца жизни.

— Послушай, прости, я не хотел так тебя называть. Ок? Просто выпусти меня отсюда, а? Я никому не скажу, обещаю.

От собственной унизительной и трусливой интонации стало совсем мерзко на душе.

С тихим бормотанием маньяк подправил ему повязку. На этот раз его голос звучал иначе — виновато, с нотками искреннего сожаления.

Захотелось истерически рассмеяться: не маньяк и его жертва, а клуб великосветских джентльменов. «Простите, сэр, можно я вас еще немного попытаю. Без проблем, сэр, и примите мои искренние извинения за несдержанность, если я вдруг заору от боли».

Звяканье посуды, плеск воды, резкий запах спирта.

От скольжения мокрой губки раны щипало, а от прижигания спиртом ужасно пекло, но теперь Грег решил терпеть и не издавать ни звука. Вздрагивал от каждого прикосновения, но молчал, надеясь, что маньяк подольше останется в фазе раскаянья.

Вдруг что-то острое воткнулось в живот.

Грег резко, с шумом втянул воздух сквозь стиснутые зубы и тотчас получил ладонью по губам.

Кожу снова прокололи. И еще раз. Грег задышал часто-часто, стараясь делать это беззвучно. Снова укол, снова… Мучитель решил зашить самые глубокие порезы. Одновременно и забота и развлечение. Не хочет, чтобы игрушка сломалась раньше времени?

После художественной штопки повисла пауза, заполненная одним лишь удовлетворенным сопением.

«Любуется своей работой, — понял Грег. — Сволочь!»

Маньяк как-то по-особенному, судорожно, вдохнул, выдохнул и стремительно вышел, почти выбежал.

Выдохнул и Грег.

Надо попробовать все вытерпеть, попробовать продержаться как можно дольше, вдруг его все-таки ищут? Надо…


Майкрофт вдоль и поперек изучил отчеты судмедэкспертов, однако одно дело – документы и фотографии и совсем другое — наблюдать раны от порезов и ожогов воочию, наклонившись над трупом. Особенно безумно смотрелось то, что некоторые из порезов были зашиты мелкими аккуратными стежками и обработаны йодом.

— Тело молодого мужчины в возрасте семнадцати лет с явными следами насильственной смерти. Множество колото-резаных... — равнодушным голосом заговорил пожилой патологоанатом в белом халате и принялся перечислять расположение ран.

— Замолчите, — перебил его Майкрофт и обратился к брату:

— Что скажешь?

Рядом с каждым телом лежала фотография жертвы при жизни, для сравнения.
— Хм-м-м, — задумчиво произнес Шерлок.

Он снова серьезно подсел на наркотики, об этом говорили и серое лицо, и глубокие тени под глазами, и гнойные воспаления на губах. Резкий свет морга высветил все разом, и Майкрофт с грустью подумал, что совсем скоро придется прибегнуть к насильственной детоксикации и запереть брата в клинике.

— Они точно были проститутками?

— Что ты хочешь сказать?

— Как много проституток ты встречал в своей жизни? Не элитных, из службы эскорта, а тех, что на самом дне.

— Это не мой, а твой, обычный круг общения.

— И не тех, кто до тебя занимался делом. Поэтому и не обратили внимания на очевидные факты.

Майкрофт задумчиво кивнул, Шерлок представлял собой живой образец того, что сам же и пытался донести.

В составленном психологическом профиле значилось, что убийца выбирал молодых мужчин, но кроме возраста других предпочтений у него не было. Жертва могла быть худой или полной, иметь любой цвет волос, некрасивое непропорциональное лицо. Лишь одно оставалось неизменным – все они обладали безупречной кожей. Как Грег. И это не могло быть случайным совпадением. Найти столько парней, сохранивших идеальную кожу при неблагополучном образе жизни, мог только человек, который искал целенаправленно.

— У него могут быть ожоги: термальные или химические... — начал Шерлок.

— Нет, убийца никогда и не обладал здоровой кожей.

Майкрофт достал телефон и позвонил людям из МИ-6.

— Мне нужны списки людей, страдающих с детства серьезными кожными заболеваниями, в возрасте от 25 до 45 лет, сумевшими получить медицинское образование. Возможно, они прошли курсы по подготовке для ухода за больными на дому. Кто-то из родственников долго и тяжело болел. Могут владеть Тойотой Кроун Маджеста 2004 года. Получившие наследство в течение последних пяти лет.

— Почему наследство? — спросил Шерлок, когда Майкрофт сбросил соединение.

— Он стал свободным и финансово независимым, смог подготовить место для совершения убийств и начал свой отсчет. Нам здесь больше нечего делать. Я на Воксхолл, а ты...— Майкрофт махнул рукой, — куда угодно.

— Если бы не мое замечание, ты не догадался бы, в чем тут дело. Я тебе нужен. — Шерлок упрямо поджал губы.

Независимо от обстоятельств, Майкрофт испытал удовлетворение. Он всегда мечтал заинтересовать Шерлока работой на государственные органы и впервые ему это удалось.

— Еще бы, ты же главный специалист по лондонскому дну.


Засунув руки глубоко в карманы, Майкрофт стоял у окна в своем кабинете. Перед его глазами в вечерних сумерках суетился город.

Прошло шестнадцать часов с момента похищения Грега, а казалось, они ни на шаг не продвинулись в поисках.

Шерлок устроился в его кресле и продолжал анализировать отчеты по делу. За последние два часа они не сказали друг другу не слова.

В дверь кабинета заглянул помощник:

— Эмерсон доложил, что машина не обнаружена.

— Они уверены, что осмотрели все подземные гаражи, стоянки, что угодно?
Оливер Браун служил у Холмса семь лет и никогда не слышал в голосе шефа такого напряжения и даже взволнованности. Ему казалось, что Майкрофт не способен на проявление эмоций, но сейчас сложившийся образ хладнокровного и бесстрастного шефа рушился из-за какого-то мальчишки. Кем же на самом деле являлся этот курсант Лестрейд? Если парню повезет выжить, было бы любопытно с ним когда-нибудь встретиться.

Шерлок вышел из-за стола и встал рядом с братом.

Помня, что случается с гонцами, принесшими дурные вести, Браун неуверенно вошел внутрь.

— Всё проверено, сэр, кроме частных гаражей. Двенадцать таких гаражей находятся в слепой зоне камер. Оперативники ждут разрешения на взлом и обыск.

Младший Холмс зло фыркнул, старший перебил Брауна:

— Это было в старом отчете, вы мне его передавали полчаса назад. Что нового по розыску подозреваемого?

— Списки из клиник пока не поступили. Аналитики не могут начать работать, пока не получат их.

Майкрофт резко выдохнул. Все не по существу, одни пояснения очевидного.

— Пусть расширят круг поиска машины еще на пять километров.

Недостаточно.

— Стойте! Начинайте обыскивать частные гаражи. Под мою ответственность.

Секретарь нервно сглотнул. Должно быть, шеф совсем спятил. Такое самоуправство даже всесильному Холмсу могло стоить положения.

— Исполняйте приказ, — процедил Майкрофт сквозь зубы.

— Есть, сэр!— очнувшись от ступора, Браун пулей выскочил из кабинета.

Майкрофт развернулся и снова уставился в окно.

Шестнадцать часов и пятнадцать минут. Сейчас каждое мгновение безвозвратно утекающего времени было поистине бесценно.

Для новых ран на животе больше не оставалось места.

«Ш-ш-ших».

Майкрофт прижался лбом к прохладному стеклу.

На груди юноши и волосы толком еще не росли. Вообще, смешно тогда вышло, Грег сказал, что не знал, насколько чувствительные у него соски. Можно подумать, в его возрасте хоть что-то бывает не чувствительным.

«Продержись еще немного, совсем чуть-чуть, мы тебя найдем», — мысленно попросил Майкрофт в пространство.

Когда-то он проходил спецподготовку, научился в числе прочего абстрагироваться от боли и сохранять спокойствие духа, подвергаясь пыткам. Теоретически его болевой порог повысили до сверхчеловеческого. Грег, в отличие от него, методиками не владел и в этот самый момент переживал мучительную боль, ужас, отчаянье. Майкрофт мог только гадать, смирился ли он уже, начал ли просить убийцу о последней милости: подарить не жизнь, а смерть.

«Боже, пусть Грег продержится», — на этот раз он обратился к богу, в которого никогда особенно не верил.

Хуже того, он терял веру в самого себя.


К своему удивлению, после всех экзекуций Грег умудрился заснуть, видимо, нервное и физическое напряжение достигло критического уровня, и организм просто отключился. Сон был неглубоким, вроде дремоты или легкого забытья, однако принес небольшое успокоение и полное расслабление мышц, и Грег неожиданно обмочился. Он тут же очнулся, но словно не до конца. Лежал и отрешенно думал, как неприятно и стыдно в мокрых штанах, и какое все-таки странное животное — человек. Совсем недавно он метался, страдал, переживал. Сдирал кожу на запястьях и рвал сухожилия в попытках выбраться из пут. Гадал: найдут, не найдут? Спасут, не спасут? И вдруг все стало безразлично. Совсем недавно кусал губы, чтобы не кричать, а теперь болевые ощущения притупились, отошли на второй план. Никуда не делись, он постоянно ощущал их фоном, но уже не был так сконцентрирован на них, потому что тело, независимо от сложившихся обстоятельств, продолжало свою жизнедеятельность.

Тело хотело пить. Язык казался больше обычного размера, во рту пересыхало так быстро, что слюна не успевала вырабатываться, а соленый привкус крови от прокушенных губ лишь усиливал жажду.

Тело хотело есть. А ведь раньше в любых стрессовых ситуациях аппетит совершенно пропадал.

Хотелось двигаться – руки и ноги затекли, ломило спину, особенно поясницу, отчаянно требовалось поменять положение, но при каждом шевелении все ныло, и неприятно тянул шов на животе.

Тело просило тепла и комфорта.

Грег словно раздвоился – оглушенное сознание внимало потребностям своей физической оболочки, бесстрастно фиксировало ее состояние, будто речь шла о ком-то постороннем.

Да и какая разница, чего там хочет это тело, когда существовать ему осталось совсем недолго. Придет маньяк, снова возьмет в руки скальпель, снова будет рисовать свои безумные картинки. И так до тех пор, пока не закончится «холст».

Приближающиеся шаги в этот раз Грег слушал безучастно, не группировался, от первого пореза даже не дернулся. Почти. И на последующие реагировал скорее рефлекторно: вздрагивал, иногда тихо шипел.

Похитителю этого, видимо, показалось мало. Он отошел, немного повозился совсем рядом, а вернувшись, грубо ткнул Грега в ключицу чем-то горячим. Очень горячим. Дождавшись, когда стихнет отчаянный вопль жертвы, потрогал получившуюся отметку и снова приложил раскаленное клеймо, выслушал, надавил…

Крики постепенно слились в оглушительный и безысходный вой, а он все продолжал увлеченно ставить огненные знаки.

Грег слышал вой со стороны, будто его издавал кто-то другой.

«Наверное, так и сходят с ума, — вяло думал он. – И хорошо, скорей бы. Ничего не понимать. Не бояться. А лучше вообще, потерять сознание и больше не приходить в себя».

Грег понял, что его мольбы были услышаны, и он все-таки пробыл некоторое время без сознания. Едва успел обрадоваться, что мучения прекратились, как снова услышал шаги.

И понял, что сейчас все начнется сначала. Неизвестно, что, но гораздо хуже всего предыдущего.

— Нет, не надо больше, пожалуйста…


В комнату без стука вбежал второй помощник.

— Списки готовы.

Майкрофт выдернул из его рук папку с отчетом.

— Пока обнаружено шесть человек, все, так или иначе, подходят под описание.

Телефон Майкрофта загудел.

— Они нашли машину, — быстро доложил агент.

У Майкрофта замерло сердце.

— Владелец гаража Ричард Барр. Фамилия есть в списке из клиник.

А теперь забилось быстро-быстро.

— У него редкая форма врожденного ихтиоза. Так же за Барром числятся домогательства к семнадцатилетнему подростку. По его месту жительства направлена группа задержания.

— Мне нужен вертолет. Вылет — немедленно, — потребовал Майкрофт. На выходе он обернулся и едва заметно кивнул Шерлоку. Он был благодарен младшему брату за поддержку и сопереживание.


Дом Барра располагался за городом, в глухом районе Стаффолка, где между домами могли быть сотни метров засеянных земель.

Приземлились неподалеку от вертолета скорой медицинской помощи. Группа захвата уже заняла свои позиции и ждала команды начать.

Майкрофт настоял на том, чтобы операцией занимались военные, а не полиция. И руководителя выбрал тоже сам. Он сразу направился к майору Роберту Седжвику — чернокожему детине двух метрового роста со звериным выражением лица, которое обычно бывает лишь у сержантов.

Тот ему кивнул и продолжил раздавать указания солдатам.

— Мне нужен бронежилет. И оружие, — обратился Майкрофт к майору.

Тот обернулся и с недоумением посмотрел на штабного.

— Нет, мистер Холмс, как командир операции, я не могу вам этого позволить. Вас тут вообще не должно быть.

Волна раздражения поднялась в душе Майкрофта. Когда-то они с майором начинали одновременно служить в МИ-6. Похоже, с тех пор Роберт так и не научился вести себя правильно с нужными людьми.

— В таком случае, я возьму командование на себя.

Повисла тишина. Солдаты вопросительно смотрели на Седжвика. О статусе Майкрофта они не имели никакого понятия.

— Купер, отдай обмундирование, — продолжая сверлить Холмса тяжелым взглядом, выплюнул сквозь зубы майор.

Майкрофт бросил свой дорогой пиджак на траву и стал облачаться в черный комбинезон, а майор слегка наклонился к нему и зашептал так, чтобы не слышали подчиненные:

— Если без формальностей, что мать твою происходит? Это не та наша операция смертников в Ираке. Мы что, по-твоему, с одним сумасшедшим не справимся? И заметь, я тебя не спрашиваю какого хрена и ради кого меня выдернули из отпуска. Для меня достаточно того, что человека спасаем, а уж кто он — член королевской семьи или обычный парень, мне по барабану.

Руки Майкрофта подрагивали, ему никак не удавалось застегнуть ремни на жилете. Он с досадой подумал, что начал терять физическую форму.

— Он твой сын, что ли? — внезапно осенило Роберта.

Майкрофт еле сдержал истерический смешок и не ответил. Да и что тут скажешь? Особенно майору. Удивительно, как старый вояка с его грубой прямолинейностью дослужился в армии хотя бы до такого звания и не сгнил на Ближнем Востоке, куда отправляют всех неугодных.

— Я не стану оспаривать твое право на командование.

— Что ж, спасибо и на том, — хмыкнул Седжвик, — Ну что, Холмс? Как в старые добрые времена? Ты да я? Джеферсон, Риквик, вы идете к задним дверям, мы с Холмсом зайдем с парадного входа. Отряд Венбоджа караулит двор. Когда разместимся, подтвердим свою готовность по рации. Пошли!


Старый кирпичный дом в три этажа с примыкающей к нему хозяйственной постройкой когда-то принадлежал родителям Барра, а после их смерти перешел к единственному сыну.
Свет в некоторых комнатах горел, но никакого движения заметно не было. Внезапно из дверей выскочили два крупных бладхаунда. Седжвик прицелился, но вовремя заметил, что собаки весьма дружелюбны: они не собирались нападать, скорее приветствовали гостей.

Седжвик проворчал, потрепав их по бокам:

— Вот ведь бесполезные создания.

Майкрофт вслед за Седжвиком проник через незапертую дверь в холл, затем в гостиную. Уже понимая, что в доме пусто, обыскали все этажи. Было заметно, что обстановка в доме давно не менялась, комнаты были заставлены добротной, но старомодной мебелью, полы покрыты потертыми коврами. Занавески в цветочек и герань на подоконниках лишь довершали картину.

— Джефферсон, Риквик, что у вас? — спросил майор по рации.

— Никого, сэр.

Майкрофт прислонился к стене, ему требовалась минутная передышка. Где-то внутри, вспыхнувшая было надежда найти Грега живым, снова погасла.

— Ку-ку!

Майкрофт вздрогнул от звонкого звука, неожиданно раздавшегося над ухом, дуло пистолета нацелилось в сторону неведомого врага.

Оказалось, это часы с кукушкой — старые, деревянные, самые уродливые, что встречались Майкрофту в жизни.

— Ку-ку!

Раскрашенная птичка успела выглянуть из домика еще раз, затем была выдернута из часов. Выскочившая из механизма пружина до крови разодрала кожу на ладони Майкрофта, но тот молча игнорировал боль.

— Ты в порядке? — спросил Седжвик, переводя взгляд со сломанных часов на руку Майкрофта.

— Обычная царапина.

— Да я не об этом, — фыркнул Седжвик. — Пошли, нам здесь больше делать нечего. Я сообщил в центр, скоро приедут эксперты. Пару ребят оставлю в засаде, на случай, если этот выродок вернется.

— Я остаюсь. Начну обыск самостоятельно, выгадаю немного времени.

— Разумно, кто, как не ты в этом деле всем экспертам эксперт. Не стану мешать.

Седжвик вышел.

Майкрофт быстро оглядел гостиную, отмечая каждую деталь интерьера и заполняя мысленно досье маньяка. Сентиментальная обстановка предполагала большое количество фотографий на стенах, в витринах книжных шкафов, на каминной полке. Здесь же не было ни одной фотографии. Родители прятали сына от всего мира, то ли так и не свыкнувшись с его уродством, то ли оберегая от неминуемых насмешек. Он никогда не ходил в школу, не имел друзей, даже не покидал пределов усадьбы. То, что криминалисты приняли за полученное медицинское образование, на деле оказалось навыками, которым Ричарда Барра обучила мать, работавшая медсестрой. Отец Барра владел процветающей тогда и вполне успешной сейчас строительной фирмой. Именно этой фирме по бумагам принадлежала машина, в которую утром сел Грег.

Деловой, насыщенной жизни пришел конец, когда родился ребенок с неизлечимой болезнью, именуемой ихтиоз арлекина. Место президента компании передалось компаньону, распродалась недвижимость в Лондоне, и Барры переехали жить на глухую ферму.

Родители обучали Ричарда всему, что сами умели и знали. От матери он научился самостоятельно зашивать порезы, ставить капельницы и делать уколы, а от отца...

«А от отца получил строительные навыки», — проговорил про себя Майкрофт.

Моделируя жизнь Барра, Майкрофт дошел до кабинета на втором этаже. На столе он нашел непрофессиональные, но подробно нарисованные чертежи и планы по переустройству дома. Судя по дате, сразу после смерти родителей Барр решил внести в планировку некоторые изменения.

Майкрофт собирался положить стопку листов обратно, но его рука замерла в воздухе. Он еще раз посмотрел в чертежи.

«Нет, не может такого быть!» — Майкрофт не верил своим глазам.

А через секунду уже бросился вниз по лестнице.

Он все-таки нашел Грега!


Обыскивая дом, ни Майкрофт, ни Седжвик не подозревали, что существует еще одно помещение. Вход в него находился в подвале и был скрыт отодвигающимися полками. Если верить чертежам, толщина стен этой комнаты могла выдержать бомбовый удар. Такие комнаты строят либо опасающиеся ядерной войны параноики, либо больные на голову психопаты, развлекающиеся на досуге пытками. В последнем случае стены делают звуконепроницаемыми.

Майкрофт вбежал в подвал и оттолкнул в сторону стеллажи, сразу все. С шумом попадали и разбились банки с домашними заготовками.

За дверью было темно, но в нос моментально ударил тяжелый запах крови и паленого мяса. А еще спирта и йода.

Майкрофт застыл на месте. Он вдруг испугался увидеть то, что сейчас скрывала от него темнота. Попытался сделать глубокий вздох, однако к горлу тут же подкатила тошнота.

«Возьми себя в руки, — со злостью сказал он себе. — Ради бога, возьми себя в руки и действуй».

Рука нашарила на стене выключатель.

Красное. Слишком много красного, всех оттенков. Бурые, почти черные, засохшие подтеки на полу, на металлическом столе, к которому был привязан Грег, багровые брызги на стенах, когда-то выкрашенных в белое. Алое, где кровь еще не успела свернуться и засохнуть. Из-за того, что кровь стекала из ран, размазываясь по телу, казалось, что все тело и было одной открытой раной. И лишь бледное до синевы лицо оставалось чистым.

Грег шевельнулся.

— Нет, не надо больше, пожалуйста.

Голос был слабый, умоляющий, почти безумный, голос отчаявшегося человека, окончательно потерявшего надежду.

— Грег, Грегори, — тихо позвал Майкрофт. Подошел к столу и стал стягивать с глаз Грега повязку. Руки не слушались, пальцы тряслись. А потом больше для самого себя произнес:

— Я все-таки нашел тебя.

Веки Грега задрожали и зажмурились.

— Не надо, — снова попросил он.

Единственным желанием Майкрофта было обнять юношу, прижать к себе, защитить от всего остального мира, но он мог лишь взять перепачканную кровью руку Грега в свои ладони.

— Ты меня слышишь? Это — я, Майкрофт. Теперь тебе никто не причинит вреда, я обещаю.

Наконец Грег приоткрыл глаза.

— Слишком ярко. Ничего не вижу.

— Все будет хорошо, — в горле застрял горький ком, мешающий говорить.

— Больно, везде больно… — пожаловался Грег.

— Я знаю, малыш, потерпи еще немного, сейчас я вызову скорую, — Майкрофт погладил Грега по голове, отведя со лба влажные от пота волосы.

Грег что-то тихо зашептал, пришлось наклониться, чтобы его расслышать.

— Я тогда все испортил, да? Прости меня.

Майкрофт не знал, что ответить. Самому попросить о прощении? Но разве он его заслуживал?
— Не думай об этом.

Скрипнули ступеньки, кто-то неторопливо спускался в подвал.

Лицо Грега исказилось от ужаса.

— Уходи, прячься!

Ему казалось, что он кричит, но вышло совсем тихо.

— Ш-ш-ш. Все хорошо. Закрой глаза, милый, — мягко попросил Майкрофт. Не стоило Грегу видеть лицо своего мучителя.

— Нет!

— И не открывай, пока я не скажу. Я оставлю тебя всего на минуту. Больше нечего бояться.

Шаги остановились перед дверью.

— Давай, Грег, сделай так, как я сказал.

Тихо всхлипнув, тот закрыл глаза и прошептал:

— Не оставляй меня ему!

— Ни за что.

— Я знаю, ты мне мерещишься. Закрою глаза и ты исчезнешь. А он останется.

Майкрофт наклонился и поцеловал Грега в сухие, потрескавшиеся губы.

— Держи, — он снял с пальца кольцо и вложил его в ладонь Грега, — сожми покрепче и жди моего возвращения.

Краем глаза он увидел силуэт убийцы в дверях. Обернулся. Барр безмолвно застыл, уставившись на Майкрофта рыбьими глазами с вывернутыми наизнанку веками. Лицо его было покрыто толстой коркой ороговевшей кожи, которая местами потрескалась и шелушилась.

Майкрофт наставил на Барра пистолет и кивком велел выходить.

По рации связался с Джефферсоном и Риквиком, приказал им спуститься в подвал.

— На дороге никто не появлялся, сэр, мы бы его не упустили, — доложил один из рядовых, надевая на Барра наручники.

Майкрофт не стал тратить время на объяснения. Позже сами узнают из отчетов, что под домом было выстроено убежище из нескольких помещений, связанных между собой проходами.

Поднявшись наверх, он вызвал по рации вертолет скорой помощи.
Все закончилось.

Грег был в безопасности, а Барра ждало пожизненное заключение в лечебнице, откуда невозможно сбежать. Перед тем, как спуститься снова в подвал, Майкрофт последний раз взглянул на захваченного маньяка, скрючившегося на полу в неудобной позе, с отведенными назад руками, скованными стальными браслетами.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, Барр поднял голову и печально улыбнулся.

— Он был так совершенен, я ничего не мог с собой поделать.

— А ну, заткнись! — рыкнул военный, но Барр не обратил на него внимания.

— Гладкая, нежная кожа... Я бы за такую все на свете отдал, — лицо его приняло мечтательное выражение.

К несчастному стоило бы испытывать сочувствие, но Майкрофт вдруг понял, что ошибся, ничего не закончилось. Шрамы Грега останутся на всю жизнь, как и воспоминания о пережитом кошмаре. Маньяк в лечебнице будет лелеять свои ощущения, смаковать каждый надрез, сделанный на теле жертвы, мечтать снова прикоснуться к идеальной коже, а Грег – вздрагивать от каждого шороха и ждать нападения. Нет, упрятать Барра в тюрьму было недостаточно.

Майкрофт почувствовал, что должен сделать для Грега больше.

Он спокойно и решительно подошел к стоявшему на коленях Барру, приставил дуло к его лбу и нажал на курок.

— Н-да... – озадаченно проговорил один из солдат, глядя на рухнувшее у его ног тело.

— Упс, — отреагировал второй, еще более растерянный.

— Приберите тут, а я вернусь к Лестрейду.


— Майкрофт? – Неуверенно, со страхом и надеждой позвал Грег. Он уже привык к свету и теперь жадно вглядывался в своего спасителя.

— Все кончено.

— Что? Что случилось? Я слышал выстрел.

— Сейчас прибудет вертолет, а пока я освобожу тебя от ремней. Постарайся не шевелиться.

— Где он?

— Ликвидирован. Тебе не о чем больше беспокоиться.

— Ты убил его? — глаза Грега распахнулись от удивления.

Освободив руку из петли толстого ремня, Майкрофт помассировал затекшее запястье и с трудом разжал ладонь, все это время сжимавшую кольцо.

— Он не оставил мне выбора.

И добавил про себя: «Проделав с тобой такое…»

На лице Грега отразилось облегчение.

— Я тебя так ждал.



Сейчас.

Грег пробудился от тяжелого сна-воспоминания, в который его погрузил наркоз. Медленно оглядел уже знакомую палату частной клиники, больше похожую на номер приличной гостиницы. Плотные портьеры практически не пропускали дневной свет, зато пара небольших ламп на стенах мягко освещали пространство вокруг больничной койки и кресло в дальнем углу комнаты, расположившись в котором, вечно занятой Майкрофт что-то решал по телефону. Его негромкий голос да назойливое гудение монитора, подключенного к Грегу, создавали успокаивающий нервы звуковой фон.

Из разжатой ладони выпал и покатился по постели тонкий золотой ободок — обручальное кольцо Майкрофта, которое должно было напоминать Грегу о реальности, в которой он любим, окружен заботой и защищен от всего плохого.

Майкрофт заметил, что Грег проснулся, быстро закончил разговор и направился к нему. За те несколько шагов, что он сделал до постели, выражение его лица менялось несколько раз: из строгого становилось грозным, из холодного — сердитым. Видимо, так и не придумав, на чем остановиться, он устало выдохнул и с мягкой улыбкой присел рядом.

— Решено, я беру отпуск.

— Ты уверен?

Уговорить Майкрофта взять хотя бы несколько выходных дней было непростой задачей, а тут целый отпуск. Грег не мог поверить в такую удачу.

Майкрофт пожал плечами.

— Почему бы и нет? Я даже подумываю о том закрытом пляже в Испании, где мы были с тобой четыре года назад.

— Ой, да ладно, ты ненавидел тот пляж, вечно жаловался на песок, солнце и жару, и сходил с ума от безделья.

— Кто знает, возможно, на этот раз мне даже понравится. Я ведь... старею. — Майкрофт скорчил одну из своих смешных мин, обозначающих крайнюю степень отвращения.

Грег фыркнул.

— Давай лучше проведем время в Сассексе, так ты сможешь работать, не выходя из дома, и быть при этом со мной.

— Ну, если ты настаиваешь... — Майкрофт сделал вид, что раздумывает.

— Настаиваю, настаиваю, — Грег нащупал и протянул кольцо. Он любил смотреть, как Майкрофт его надевает, каждый раз это обычное действие выходило немного торжественно.

— Как ты?

— Стандартный пакет, но в этот раз я помнил, что мой рыцарь в сияющих доспехах обязательно придет и спасет меня.

Настала пора фыркать Майкрофту.

— На тебя все еще действуют наркотики.

Грег похлопал по постели, приглашая Майкрофта на широкую, совсем не больничную кровать. Тот снял пиджак, затем обувь и лег рядом.

— Я никогда не смогу относиться к тебе по-другому.

— Надеюсь, ты не поймешь однажды, как заблуждался. Вдруг не придумаешь, за что еще можно меня любить, — пошутил Майкрофт и неожиданно помрачнел.

Неужели сегодняшние события всколыхнули не только давние кошмары, но и напомнили о прежних сомнениях и тревогах?

Грег повернулся к супругу и потерся носом о его плечо.

— Должно быть и, правда, стареешь. Забыл, как я влюбился в тебя с первого взгляда, буквально голову тогда потерял? С тех пор ничего не изменилось, ты был моим первым и остался единственным.

Теперь они редко говорили о чувствах, но когда, если не сейчас.

— Какое поразительное сочетание: клиническое невезение и дурной вкус, — унылое настроение испарилось так же быстро, как и возникло.

Грег поднес к губам ладонь Майкрофта и поцеловал ее, затем произнес шутливым тоном:
— Между прочим, я долгое время думал, что ты со мной из-за чувства вины и жалости.

Майкрофт взглянул на Грега с добродушной снисходительностью.

— Мой мальчик, ты пребывал в страшном заблуждении, я с тобой исключительно из-за твоего шикарного юного тела.

Грег рассмеялся и притянул Майкрофта к себе. Они целовались осторожно и неторопливо, помня о полученном ранении и стараясь не распаляться. Потом просто лежали и молчали.

В конце концов, Грег начал зевать.

— Поспи еще.

— Только не уходи далеко.

— Хорошо. Хочешь, почитаю?

— Угу…

Майкрофт взял с тумбочки свежий номер «Таймс», нацепил на нос очки и начал медленно зачитывать вслух политические новости.

«Идеально», — успел подумать Грег, задремывая.


продолжение в комментариях

@темы: Шерлок, Моё, Меня можно и почитать

URL
Комментарии
2015-04-11 в 20:18 

Baiba
ТОГДА

Грег рассматривал пол в кабинете психолога, терпеливо дожидаясь окончания сеанса. Его все время знобило, не спасал даже теплый свитер огромного размера.

— Вы должны мне помочь и тогда я помогу вам.

Новый доктор был ничем не лучше предыдущего, задавал все те же вопросы и давал бесполезные советы. Скорее, оказался даже хуже — из-за своего навязчивого желания установить зрительный контакт. Грег спрятал руки в широкие рукава и ссутулился, еще больше закрываясь от пытливого взгляда.
— Я забыл, о чем вы меня спрашивали.

— Ваша рассеянность продолжает прогрессировать?

Антидепрессанты уже отменили, что теперь? Заберут снотворное? Грег постарался изобразить заинтересованность в беседе.

— Ах, да, вы хотели знать, встречаюсь ли я с кем-нибудь.

— Это стало бы серьезным шагом к возвращению в нормальную жизнь.

— Друзья заходили на неделе.

— А девушки?

Психолог заглянул в блокнот и быстро поправился:

— Может, у вас появился бойфренд?

Грег еще плотнее закутался в свитер. За полгода раны зажили, но чуда не случилось: сетка шрамов и отметины ожогов никуда не делись с его груди и живота.

— Любого стошнит при виде меня.

— Это то, что вы испытываете, глядя на шрамы?

Грег промолчал. Он уже перестал объяснять врачам, что чувствует, случайно наткнувшись взглядом на свое отражение во время переодевания. Просто заклеил зеркало в ванной комнате бумагой, думая, что решает проблему. Оказалось, видеть вовсе не обязательно, достаточно просто знать, что они есть, эти ярко белеющие при свете ночника рубцы. Он их ощущал. Всегда.

Доктор что-то записал в блокноте.

— Я снова возвращаюсь в академию.

— Поздравляю, отличная новость. Вы к этому готовы?

— Более чем готов.

— Надеюсь, вы продолжите наши сеансы?

— Не знаю... возможно, загляну как-нибудь... – неопределенно ответил Грег и поднялся. Он знал, что ему придется вернуться. Когда нужен будет новый рецепт на снотворное.


— Ему стало хуже, — констатировал Шерлок.

Майкрофт вздрогнул и оторвал взгляд от монитора. Он так был поглощен изучением записи с последнего посещения психолога, что не заметил, как вошел брат.

— Все из-за того, что этот доктор никуда не годится, — в раздражении бросил Майкрофт.

— Скольких психологов ты ему сменил?

— Они все были некомпетентны!

— Помоги ему сам.

— Мы это уже обсуждали.

— Твое самоустранение из его жизни никак не способствует выздоровлению.

— Если Грегори захочет встретиться, он знает, где меня найти.

— Конечно, знает и придет. А на Рождество к тебе в камин спустится Санта. Ты же читал отчеты врачей! Никогда не думал, что увижу момент, когда твои мозги откажутся работать. — Шерлок закатил глаза.

Майкрофт дернул уголком рта, и его губы сложились в неприятную улыбку.

— А я — как ты сопереживаешь постороннему человеку.

Они смерили друг друга презрительными взглядами.

— Что ж, раз Грег для тебя посторонний, значит, я зря приходил. Хотел лишь сказать, что видел сегодня, как он покупал кокс.

— Не говори глупостей, Грег бы никогда...

Шерлок гадко осклабился:

— В следующий раз предложу ему ширнуться на пару.

Сказав это, он стремительно вышел, не дожидаясь реакции брата.

Майкрофт спрятал лицо в ладонях. Как же он устал от постоянного притворства!

Когда-то давно он услышал японское изречение: если спас человеку жизнь — отвечаешь за него до конца своих дней. К несчастью, теперь ему приходилось отвечать за Грега.

К несчастью... Майкрофт сильнее зажмурился и потер виски. Очередное притворство. Он так привык к нему, что уже пытался обманывать самого себя. Самым легким шагом, естественным и желанным было бы заботиться о Греге, помочь ему собрать поломанную душу заново, вернуть веру в себя, обрести душевное спокойствие.

Только кто соберет самого Майкрофта, после того, как починенный им Грег уйдет?

Что именно так и будет, Майкрофт, искусный шахматист, умеющий просчитывать партию на много шагов вперед, не сомневался. Слишком велика разница в возрасте, опыте, положении, интересах, характерах. Более непохожих людей трудно себе представить. Он сам, сколько ни анализировал, так и не понял, почему его тянет именно к этому юноше, что в нем особенного. Молодость? Он никогда не заводил себе юных любовников. Невинность? Он ценил опыт. Может, ему льстит восторженность, с которой Грег относится к нему? Но Майкрофта постоянно окружали люди, смотрящие на него с подобострастием и трепетом, он к этому привык и не видел в этом ничего сверхъестественного. А что привлекает Грега? Иллюзия неповторимости секса? Очень скоро ему захочется попробовать что-то новое, и он поймет, что в Майкрофте, как в любовнике, нет ничего уникального. Чувство благодарности за спасение жизни? Благодарность не длится вечность, в конце концов, мы все начинаем сначала раздражаться, а потом и ненавидеть того, перед кем чувствуем себя вечным должником.

Внутренний голос принялся нашептывать, как можно будет удержать Грега, сделать своим навсегда. Любое сознание и поведение поддаются влиянию и манипулированию. Особенно легко подмять под себя такого молодого и неопытного, сломленного человека. Бери и лепи из него все, что душа пожелает. Немного усилий и Грег не сможет без него обходиться. Только и в этом не было смысла, душа жаждала живого и настоящего Грега, а не послушную марионетку.

Майкрофт застонал от собственного бессилия. Вот уже полгода он держался на расстоянии от Грега, наблюдал, руководил, контролировал и постоянно искал верное решение. И не находил.


Стоя в дальнем углу сквера у академии, Грег докуривал вторую сигарету и рассматривал курсантов и преподавателей, спешащих к главному входу. Со многими он был знаком лишь шапочно, но некоторые были его добрыми приятелями из той, прежней, беспечной жизни. Той, что по ощущениям закончилась сотню или даже тысячу лет назад. Теперь он никак не мог сделать над собой усилие и влиться в проносящийся мимо него поток, даже просто приблизиться к нему

«Мне здесь больше не место», — признавал Грег и отворачивался от однокурсников. Одно лишь упрямство не давало ему сдаться окончательно, заставляло вот уже третий день подряд приходить сюда. Приходить ради того, чтобы потоптаться в скверике до полудня, выкурить пачку сигарет и затем уйти домой.

— Грег! Это же Грег! Все сюда, здесь Грег!

Грег вздрогнул, и сигарета выпала из его трясущихся пальцев.

Перепрыгивая скамейки и обегая фонтаны, с радостными воплями к нему спешили парни в форме курсантов. Отчаянно захотелось пуститься наутек, но Грег не позволил себе даже опустить голову, уж если он чему и научился за последние пол года, так это контролировать себя. Он облизал пересохшие губы и постарался улыбнуться. Он справится.

Высокий парень с темно-русыми волосами добежал первым и хлопнул его по плечу. Его звали Дэн. Когда-то они играли в одной группе.

— Приятель, как же я рад тебя видеть!

Еще один старый друг по футбольной команде, Стив, крепко стиснул Грега в огромных ручищах, оторвал от земли и громко засмеялся, словно все происходящее походило на забавную шутку. Следом посыпались другие знаки внимания: кто-то толкал в плечо, кто-то хватал за руки, кто-то лез обниматься. Затем все возбужденно принялись говорить. Их голоса слились для Грега в один сплошной гул, из которого он выхватывал лишь некоторые фразы.


— Ну, ты красавчик!

— Где пропадал столько времени?

— Где тебя носило?

— Ты стал местным героем, о тебе только и говорили!

— Поймать маньяка – это так круто!

— Мы переименовали группу, теперь зовемся «Арлекин-убийца»!

— В честь тебя!

— Новый басист ни к черту не годится!

— Ты видел последний матч «Арсенала»? Вот это была игра!

Грег пытался отвечать, однако говорил невпопад: не то, что спросили или не тем, кто задал вопрос. Его растерянности не замечали, перебивали новыми репликами, смехом, дружескими тычками. Он старался выглядеть расковано, расслабленно, но с поднимающейся внутри паникой справляться становилось все труднее. Дружелюбное кольцо приятелей постепенно сжималось вокруг него.

— Покажи шрамы!

— Да! Да! Покажи, это должно быть охренительно круто, чувак!

Несколько рук потянулось к свитеру.

Грега бросило в жар. Спина моментально стала мокрой, даже на лбу выступили капли пота, показалось, что не хватает воздуха, и он задышал часто-часто. Парни продолжали наступать, и вырваться из ловушки было невозможно.

«Боже, пусть это прекратится!», — мысленно взмолился Грег.
И вдруг его желание исполнилось.

Кто-то негромко, но настойчиво кашлянул, и этот звук услышали все, не смотря на шум и гомон. В наступившей тишине раздался спокойный голос:

— Молодые люди, мне необходимо поговорить с курсантом Лестрейдом.

URL
2015-04-11 в 20:19 

Baiba
Три дня Майкрофт сидел в машине и наблюдал за Грегом, впервые за полгода видя его не на экране монитора или через сухие факты, изложенные в отчетах. Тот изменился: начал курить, сутулился, прятался в безразмерные свитера и все время смотрел вниз, не желая видеть мир, причинивший ему столько боли, и не стремясь к тому, чтобы мир замечал его.

Майкрофт и сам изменился, он был до предела вымотан своей внутренней борьбой, а количество выкуриваемых сигарет достигло рекордной цифры. Сколько раз за эти дни он брался за ручку двери, но оставался в салоне и продолжал следить за Грегом. Надежда, что тот вот-вот отбросит окурок и пойдет в академию, потихоньку угасала.

Когда Грега обступили со всех сторон незнакомые ребята, Майкрофт напрягся. Однако пригляделся и понял, что угрозы нет, это всего лишь однокурсники, которые рады снова повстречать своего приятеля. Судя по досье, Грег пользовался среди сверстников заслуженным авторитетом, его любили и уважали. Кто знает, возможно, именно поддержка старых друзей необходима Грегу. Все наладится, он вернется к «своим», в нормальную жизнь, в которой Майкрофту нет места.

Все-таки хорошо, что он выдержал и не стал открыто вмешиваться. Теперь Майкрофт Холмс не станет объектом для шуток про немолодого покровителя юных курсантов, Грег не начнет его стесняться, избегать, и никогда не наступит день, когда бросит.

Достаточно! Пора прекращать это безумие. Сейчас он уедет и никогда не вернется вновь, вычеркнет из памяти даже имя.

Майкрофт бросил прощальный взгляд на Грега и поразился выражению беспросветного отчаяния застывшему на его лице.

— Да что же они творят!

О зароках и сомнениях было вмиг позабыто.


Когда «молодые люди» расступились, Майкрофт вплотную приблизился к Грегу.

— Я здесь.

Тот растерянно моргнул и повторил:

— Ты здесь...

Друзья стали расходиться. Грег даже не кивнул им на прощанье. Он смотрел на Майкрофта. Дернулся было навстречу, но сразу отпрянул, замер. Покачал головой каким-то своим мыслям. И только, когда Майкрофт сам приглашающе развел руки в стороны, обнял его. Осторожно, словно все еще не веря, что ему разрешили.

Майкрофт погладил юношу по спине, по его острым лопаткам и выступающим ребрам. За безразмерными свитерами не было заметно, насколько сильно Грег потерял в весе. Внезапно они превратились в очень подходящую парочку: оба бледные, как покойники, с синими кругами вокруг глаз, в одинаковой стадии одиночества и отчаяния.

— Он все отнял у меня, — тихо проговорил Грег. – Все, о чем я когда-либо мечтал, чего хотел. Даже в академию не могу больше вернуться.

— Ты справишься, просто должно пройти чуть больше времени.

— Я потерял тебя.

— Как видишь, я нашелся.

— Ты пришел. Но этого мало. Если бы я был таким, как прежде, я бы мог завоевать тебя.

Стало немного смешно, ведь Майкрофт давно уже чувствовал себя пленником этого, совершенно безобидного на вид юноши.

— Я готов объявить о собственной капитуляции прямо сейчас.

— Не ври, — Грег отступил назад, высвобождаясь из объятий, и посмотрел с обидой. — Мне и так все врут из жалости.

Прежде, чем Майкрофт успел возразить, он продолжил:

— Теперь я отвратительный. Сам себе противен. Ты видел меня обмочившимся в собственные штаны, что может быть хуже? Разве что мои шрамы.

Каждое слово отзывалось в груди Майкрофта резкой болью. Только сейчас он до конца осознал, каким ничтожеством все это время был. Упивался жалостью к себе и выстраивал многоходовые оправдания собственному бездействию, пока Грег в одиночку сражался со своими страхами.

— Поверь, ты сейчас не можешь судить объективно. Твое восприятие искажено…

Грег на мгновение приподнял свитер и сразу же опустил.

— Не говори со мной как долбанный мозгоправ! — в раздражении бросил он, — Это не искажение, это реальность. Я жалкий урод, Майкрофт! И не только внешне. Я не могу уснуть без таблеток и с трудом заставляю выйти себя на улицу. Я не переношу больниц, особенно ее запахов, и вздрагиваю, если рядом притормаживает машина, я…

Грег все больше распалялся.

Чувствуя, что одних слов будет недостаточно, Майкрофт просунул ладонь под его свитер и провел ею по неровной, бугристой коже.

Не отпустил, когда Грег снова захотел отстраниться.

— Мне больно от того, что он с тобой сделал. Ты говоришь, что отвратителен, но я вижу перед собой сильного человека, который прошел через ад и выжил.

— Ты можешь пообещать мне, что шрамы исчезнут? Или что однажды я забуду обо всем, что произошло?

— Нет.

— Тогда к чему это все? Зачем ты пришел, я не просил, не искал с тобой встреч! Как и тебе было наплевать, что происходит со мной.

— Тебя выписали из больницы 28 ноября, ты провел в ней два месяца, больше, чем ожидалось — из-за перенесенной инфекции. Тебе назначили консультации у психолога, ты наблюдался у четырех специалистов. Тебе пересаживали кожу с бедра, закрывая ожог на левом боку. Ты переезжал жить обратно к матери, но вернулся в Лондон через три недели. Мне продолжать?

— Откуда ты все это знаешь?

— Потому что мне не было все равно.

Майкрофт видел, как слабый огонек надежды вспыхивает в глазах Грега.

Этого лучика хватило, чтобы наполнить теплом душу Майкрофта. У него все получалось.

— Шрамы не определяют то, кто ты есть, а память всего лишь резервуар информации о прошлом. Как ею распоряжаться, решаешь ты сам. Я не пускаю никого в свой дом и в свое сердце. Я никому не верю и не люблю людей, в ответ никто не любит меня. Я некрасив. И никогда не был красивым. У меня длинный нос и я лысею, в конце концов!

Грег фыркнул, а Майкрофт продолжил, воодушевленный успехом:

— Люди боятся меня за то, что я могу с ними сделать, и меня это устраивает, но в твоем возрасте казалось недостаточным. Тогда хотелось и внешне походить на опасного и грациозного хищника, меня убивала мысль, что вместо этого я смахиваю на сову.

Он слегка наклонил голову и округлил глаза, добиваясь еще большего сходства с птицей.

В этот момент у Грега тоже округлились глаза.

— Ты несешь бред.

Майкрофт удерживал гримасу до тех пор, пока Грег не рассмеялся. Рассмеялся и замер, удивленно прислушиваясь к себе и не веря, что еще способен на веселье.

Майкрофт тоже улыбнулся. Ради того, чтобы ободрить Грега, он готов был нести любую чушь, даже пройтись на руках или начать жонглировать зонтиком.

— Это совсем другое дело...

— Нет, Грег, это моя реальность. Как твоя — шрамы. Но ты дал мне понять, что возможно построить совершенно новую, где все это не будет иметь никакого значения. Реальность для нас двоих. Я готов остаться в ней, только помоги ее создать. Без тебя я не справлюсь.

Все еще не убирая руку из-под свитера, другой ладонью он потянулся к лицу Грега, провел кончиками пальцев по щеке до уголка губ.

Откуда-то сзади донесся издевательский свист и улюлюканье, должно быть курсанты все это время исподтишка наблюдали за ними. Майкрофт все-таки стал объектом насмешек для чужих, глупых людей, но сейчас ему это казалось совершенно неважным.

Грег больше не вырывался, наоборот, льнул к нему, ища утешения и комфорта. Майкрофт знал, что сможет их дать, отдаст и всего себя.

Из самых глухих и потаенных глубин души поднималась нежность и захватывала, заполняла все его существо, как неотвратимо захватывает свою территорию мощный морской прилив. Впервые позволив себе открыться, теперь задыхался от переполненности эмоциями.

Возврата к себе прежнему уже не было. Он пропал.

И пусть судьба смилостивится над ним или пойдет к черту.

URL
2015-04-11 в 20:19 

Baiba
СЕЙЧАС

Биржевые сводки, очередной конфликт на Балканах, предполагаемая отставка правительства... Майкрофт читал все подряд, зная, что его слушателю эти новости одинаково неинтересны. Не замолчал и когда Грег проснулся. Тот никак не выдал своего пробуждения, а значит, не было причины прекращать чтение.

Грег знал: Майкрофт в курсе того, что он больше не спит. Тот всегда угадывал это каким-то неведомым чутьем, впрочем, и сам Грег такое тоже улавливал.

Только что во сне он заново пережил встречу у академии. В тот раз он не до конца понимал, что пытается донести до него Майкрофт. Просто поверил ему. Лишь годы спустя осознал важность данного тогда обещания. Им действительно удалось выстроить новую реальность для них двоих, вот только она менее всего походила на сказочный дворец — непрочные воздушные замки Майкрофт создавать не умел. Вместо дворца получился надежный бункер: многофункциональное, четко работающее и оберегаемое всеми спецслужбами Британии убежище от остального мира. Грегу в нем было хорошо. Он вообще оказался везунчиком по жизни. Если Майкрофт делал так много для Британии и для людей, которые были ему безразличны, то масштаб его заботы о близких не поддавался постижению. Грег и не пробовал постичь, принимал, как факт, и отвечал единственным, что мог дать взамен — своей любовью. За эти пятнадцать лет она изменилась, как изменился и он сам. Он повзрослел, и любовь повзрослела вместе с ним. Стала крепче, как и сам он стал сильнее и опытнее, уже мало походя на наивного курсанта. И пусть время от времени его продолжали мучить кошмары прошлого, им его уже было не сломать. Да и Майкрофт не позволил бы.

В дверь постучали и вошли, не дожидаясь разрешения.

Майкрофт оторвался от чтения всего на мгновение, а потом продолжил, как ни в чем не бывало декламировать.

Стоило посмотреть, кто вошел, но так не хотелось открывать глаза.

— Э-э-э, добрый день.

Значит, Джон.

— Я же говорил, что нам тут нечего делать.

А что тут забыл Шерлок? Должно быть, Джон силой притащил.

— Грегори спит и его лучше не беспокоить, — все-таки снизошел до объяснений Майкрофт.

В подтверждение слов, Грег всхрапнул.

— Дорогой, это тебя особенно заинтересует: «Инвесторы, управляющие событиями на фондовых биржах, своей реакцией показали, что они думают об американской конъюнктуре...”, — преувеличенно занудливым тоном, под которым угадывалось дурачество, возобновил чтение Майкрофт.

Грег удержался, чтобы не рассмеяться, лишь уткнулся в подушку носом и издал нечто похожее на хрюканье. Чтобы не быть разоблаченным, пришлось выдать несколько протяжных рулад.

— Надо заметить, что я с инвесторами полностью согласен, — поддразнил Майкрофт.

Грег представил как Шерлок, догадавшись об их игре, закатывает глаза, а Джон непонимающе таращится. Стало совсем смешно.

— Ну, мы тогда пойдем, — неловко произнес Джон.

Совесть Грега совсем не мучила.

— Всего доброго, мистер Уотсон. Шерлок...

Секунду спустя из больничного коридора донеслось:

— Твой брат разговаривает с Грегом, пока тот спит?

— Разницы почти никакой.

— Вот ведь зараза! — проворчал Грег, но не особо расстроился. Он уже давно перестал реагировать на обидные замечания Шерлока.

— Он имел в виду другое, — пояснил Майкрофт. — Пару раз стал свидетелем, как я разговаривал с тобой, когда тебя не было рядом.

— Серьезно? – Грег от удивления даже приподнял голову от подушки.

— Я хорошо тебя знаю, и могу представить все твои реплики.

— Ты в курсе, что так говорят о предсказуемых людях и скучных отношениях?

Майкрофт пожал плечами.

— В мысленных диалогах с тобой не бывает ничего предсказуемого или скучного. Так я расслабляюсь во время напряженной работы или коротаю время в течение длительных перелетов. Позвать врачей? Они должны тебя осмотреть.

— Хм-м-м, — произнес Грег. — Главное, не перестань видеть разницу между сексом со мной живым и со мной воображаемым. Не зови. Давай еще немного просто полежим. Ты мне про инвесторов не дочитал.

Майкрофт перевернул несколько страниц, пробежал глазами спортивную колонку, нашел заметку о футболе и начал читать уже то, что Грегу наверняка будет интересно.

URL
2015-04-11 в 20:43 

onaglorik
-но мы же не можем прямо тут! -физиологически можем. -но мы же не животные! -биологичеcки животные. -но у нас же есть какие-то морально/этические принципы! -теоретически есть.
ребята, вы бесподобны! :hlop:
какой грег! влюбленный, честный, молодооооой :crazylove:
майкрофт. кремень и в то же время бесконечно уязвимый перед своими чувствами к грегу.
они потрясающе.
как майк примчался на машине сам, к своему "мальчишке". уже 15 лет внместе, а руки все равно тряслись. это просто мимимимишество какое-то! :heart:
и как майк командира спецназа подмял под себя. ох.
кольцом в ладони просто убили наповал! :buh:

молодцы! я вас обожаю! море печенек вам за продолжение. :heart::heart::heart::heart: :squeeze::squeeze::squeeze::squeeze:

2015-04-11 в 20:50 

дитя марта
не дадим миру стать серым...
Ура. Этосупер. Это круто. это просто улет. Они все такие вхарактерные

2015-04-11 в 20:51 

дитя марта
не дадим миру стать серым...
Ура:ura:. Этосупер. Это круто. это просто улет. Они все такие вхарактерные

2015-04-11 в 21:13 

Baiba
Фух, везде выставилась. Вышла перекурить, а в небе вертолет летит, первая мысль "О! Майкрофт летит Грега спасать!" :mosk:
Мозг умер :facepalm:


onaglorik, дитя марта, :dance2:
Я туплю, не знаю, чего говорить :lol:

URL
2015-04-11 в 21:14 

[buGaga]
she and her cat
ооооо!!!! пойду читать! спасибо! :kiss: :heart:

2015-04-11 в 22:05 

[buGaga]
she and her cat
еще раз спасибо :heart::heart::heart: чудесно!

2015-04-11 в 22:49 

thewhiteowl
родные пернаты
Baiba, спасибо! :crzfan: Наконец-то я их дождалась! :rotate:

2015-04-12 в 00:51 

Baiba
[buGaga], :dance2: все мои всегда со мной

Наконец-то я их дождалась!
Офигеть, сама не верю. Я долгое время думала, что лень записывать то, что итак в голове уже сложилось, но я ошибалась. Рассказ вышел совсем не про то. А еще я не видела в голове современную часть, а когда села печатать, поняла, что без нее история выйдет не полной. И не задумывалась о том, что на самом деле пережил тогда Грег. Я и сейчас боюсь про это думать, поэтому части Грега из подвала писала Рамаяна.

URL
2015-04-12 в 01:03 

Талина2010
У меня не все дома. Можете оставить сообщение. © Выходя в другой мир через окно, пожалуйста, постарайтесь не споткнуться на пороге. ©
Baiba,
Аааа!!!! Продолжение!!! Долгожданное!!! Ура!!!

2015-04-12 в 02:31 

maria367032
Какая прелесть! Спасибо за продолжение!

2015-04-12 в 14:14 

@_Lisynok_@
Мы те, кем хотим быть...
Просто невероятно!!! Спасибо огромное за продолжение! Как удачно я сегодня решила перечитать и наткнулась на эту историю!
Я до безумия рада, что Майкрофт и Грег смогли преодолеть и остаться вместе! До чего же здорово осознавать, что с годами чувства только крепчают!
Представила Майкрофта-сову и упала со смеха!! А финал... финал вообще вызвал истерику. Как это похоже на Шерлока!!
— Твой брат разговаривает с Грегом, пока тот спит?
— Разницы почти никакой.

Еще раз огромное спасибо!! Лучи любви и миллион печенек!! :squeeze:

2015-04-12 в 14:26 

Baiba
Спасибо за отзывы :heart:

До чего же здорово осознавать, что с годами чувства только крепчают!

За это мы и любим истории про любовь :squeeze:

URL
2015-04-12 в 18:44 

Gregory L.
Смерть забирает самых лучших, поэтому вряд ли я вообще когда-нибудь подохну
Шикарная работа! :red::white::red:

2015-04-13 в 22:18 

Murna Ben C
Людей с высоким интеллектом посещают крайне извращенные фантазии... я знаю, о чем говорю. (c)
Оооо, даааа!!! Это ОНО!!! ТО САМОЕ продолжение!!!
Дорогие Baiba, Rama-ya-na СПАСИБО!!!
:red::red::red:

2015-04-13 в 22:25 

Baiba
Gregory L., Murna Ben C, :squeeze:
Оооо, даааа!!! Это ОНО!!! ТО САМОЕ продолжение!!!
По ощущениям? Я как раз себе его иначе представляла, но как обычно все написалось совсем не так))

URL
2015-04-16 в 00:07 

Abdr22
ООООО
Сердце чуть притормозило в груди и забилось много чаще обычного при виде продолжения!
Какое же оно душевное! И детали-то, детали! Кольцо в руке особенно мимими))

Можно ждать вбоквел про свадьбу? Пожалуйста?

2015-04-16 в 00:29 

Baiba
В моем хедканоне, которое не совсем соответствует исторической хронологии нашей реальности, есть история про свадьбу, вернее как она случилась) Я так четко представляю, как Грег однажды ляпнул что-то типа того, что он бы хотел жениться на Майкрофте, если бы это было возможно. И через пару месяцев Майкрофт пролоббировал закон о разрешении в Англии однополых браков Чем бы дитя не тешилось... :-D

Вряд ли напишу еще когда третью историю, но кто знает, в конце концов я так и не написала о первом свидании и о том, как ГРега выводили из ПТРС, я не очень верю в то, что после объяснений Грега можно увозить и трахать и в чудотворное влияние спермы не верю. Так что там должно было все происходить медленно и в понятии Майкрофта правильно.

URL
2015-04-16 в 16:50 

[buGaga]
she and her cat
Baiba, я тоже хочу всего и побольше! :heart::heart::heart: :shy:

2015-05-24 в 13:47 

Gravistones [DELETED user]
спасибо! какие они молодцы.

2015-06-24 в 21:22 

Moriarty_Jim
Baiba, шикарное продолжение, страшное и тяжелое, где надо, жуть как интересное и переживательное, а в конце можно порадоваться за героев, и Майкрофт суров, но маньяк заслужил. Можно его понять - почему, нельзя - зачем.
Спасибо :kiss: вторая часть - приятный сюрприз :surprise:

2015-06-24 в 21:41 

Baiba
Какие меня тут люди читают :shy:
Сама МамаЛена и сам Джим Мориарти :gh3:

Можно его понять - почему, нельзя - зачем.
Кто знает, может ему еще повезло, потому что на холодную голову МАйкрофт с ним бы мог гораздо жестче обойтись. Ведь до сих пор никто не знает, что случилось с Карлайном, даже авторы :-D

URL
2015-06-25 в 00:22 

Moriarty_Jim
Baiba, вполне вероятно, что и повезло, так, как не везло всю его жизнь... Покушаться на то, что входит в зону внимания МХ опасно... Но если бы не маньяк, вряд ли они были вместе)))
Полагаю, Карлайн был бы рад оказаться в самом дремучем и тихом уголке Британии :lol:

2015-06-25 в 03:26 

onaglorik
-но мы же не можем прямо тут! -физиологически можем. -но мы же не животные! -биологичеcки животные. -но у нас же есть какие-то морально/этические принципы! -теоретически есть.
вот перечитал на волн екризиса творчества. мне вашего текста так нехватало! ребята - вы супер! заезженные фразы, я понимаю. но от этого ваш текст не становится хуже. я растворился в истории. спасибо! :hlop::hlop::hlop:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Стокгольмский синдром

главная